?

Log in

entries friends calendar profile ПОЛИТ.РУ Previous Previous
"Отечественные записки" Сергея Митрофанова
Публикации в СМИ и те, что не пропустила цензура

«не припомню случая, чтобы ЦРУ когда-нибудь обмануло советский народ…»



1238159532_big

ДОВЕРЯТЬ ЛИ НАМ ЦРУ ИЛИ… ЛИОНУ ФЕЙХТВАНГЕРУ?

ТАСС

Пока весь мир обсуждает кейс русских хакеров, в России обсуждают достоверность доклада ЦРУ. Это главная тема, главный акцент. У нас же — вы помните — повальное критическое мышление, отточенное десятилетиями. Мы никогда не верили спецслужбам. Мы никогда не допустили бы кадрового спецслужбиста не то что до гражданского государственного поста, но и до микрофона, до артикулирования какой-либо политической философии (это я, правда, заговорился). Но ведь и вправду, как можно верить докладу, в котором две части — одна публичная (бла-бла-бла) для широкой публики, а другая секретная — для имеющих доступ? Что нам легче всего предположить? Что релевантной информации нет ни в первой части, ни во второй. Первая ссылается на вторую, а читатели второй делают непроницаемое лицо и поднимают кверху палец, намекая на большие дела. О, знаем, знаем эти ваши приёмчики!

Проблема, однако, в том, что если мы не верим спецслужбам, то в основном исключительно своим, произросшим из КГБ, который в свою очередь произрос из НКВД, имевшего штат внутренних шпионов и провокаторов и занимавшегося ловлей россиян, тогда их назвали «советскими». Этой спецслужбе у нас действительно нет никаких оснований верить, и, более того, я бы сказал: полезней не верить. Полезней больше не подпускать к рычагам управления страной. А если все-таки разрешить ей обеспечивать безопасность страны (куда деваться — совсем без спецслужбы нельзя), то строго в контролируемых демократической юстицией рамках.

С ЦРУ же, однако, другая история.

Спору нет, в ЦРУ тоже ребята жёсткие и на многое готовые. Это мы знаем из кино. Один «Козерог-1» чего стоит. Да и как они ловко всех надули с высадкой на Луну?! Сняли все в павильоне и выиграли на этом холодную войну. Но тут есть тонкий момент: если наше НКВД-КГБ врало 70 лет и уничтожило миллионы людей, то я что-то не припомню, чтобы что-то соразмерно плохое нам сделало их ЦРУ. Более того, я не припомню, чтобы где-то оно нам очень наврало.

«Врало» про сбитый «Боинг» над Сахалином в 1983 году, а потом оказалось, что и не врало совсем. «Врало» про диссидентов, Берлинскую стену, польскую «Солидарность», Солженицына — и все это оказалось такой правдой, что даже посмеяться не над чем. Я действительно не припомню случая, чтобы ЦРУ когда-нибудь обмануло советский народ. Даже о доставке ракет на Кубу и попытке коммунистических вождей устроить ядерный Апокалипсис оно доложило точно и исключительно вовремя. Ну а если в конце концов оно развалило СССР и укокошило КПСС, то лично я даже спасибо скажу: оно выполнило работу, которую должны были выполнить сами россияне.

И вот это несчастное ЦРУ теперь трубит о русских хакерах, которые якобы вмешались в избирательную кампанию США и что-то там подкрутили, чтобы обеспечить победу лучшего на теперешний момент друга России Дональда Трампа. Мол, Трамп бы и так, конечно, победил, это ясно, но было бы не 86%, а только 52%, а Россия все делает с запасом. И все наше критическое мышление, которое, видимо, спало целую тысячу лет с крещения князем Владимиром, тут же проснулось. Этого не может быть! Не может быть никогда!

Почему этого не может быть?

Ну, во-первых, потому что в Америке демократия, а американцы — ответственная нация, даром что дали себя надуть с высадкой на Луну. Даром что выбрали не Клинтон, а Трампа. Даром что обмишулились с «Минском-2» и проглотили «Крымнаш».

Во-вторых, потому что это наверняка черный пиар и проделки гнусных либералов. Они и у нас-то гнусны, а в Америке гнусны вдвойне. Не только право-левые издания в России отметились утверждениями, что теперь демократическая администрация, поддерживающая Хиллари Клинтон, скорее всего жжет архивы и уничтожает компромат, как немцы перед падением Берлина или бериевцы после смерти Сталина. («У администрации Обамы осталось 9 дней, чтобы уничтожить мир», — 11 января твитнула Мария Захарова.) Но даже такой признанный специалист по Америке вполне себе американец Владимир Абаринов в запрещенных в России «Гранях» и тот высказался, что доклад ЦРУ — туфта, «ровным счётом ничего не доказывает».

В-третьих, это уже отметила европейская «Медуза»: дескать, в докладе цэрэушники сослались на Владимира Жириновского, а мы-то ты знаем, что он — клоун всея Руси. «Как можно делать выводы о намерениях России, основываясь на словах Жириновского?». Просто убила «Медуза» этим аргументом…

В-четвёртых, Россия не настолько сильна, чтобы тягаться с Америкой. Товарищ Путин вряд ли рискнул бы так сильно подставляться, чтобы потом ждать «ответок» в виде новых санкций и пополнения списка Магнитского. «Нынешняя ситуация (то есть интерпретации в стиле ЦРУ. — С.М.) отличается какой-то полной, внезапной и прежде не виданной утратой чувства пропорций», — комментирует эту ситуацию А. Баунов от имени Московского центра Карнеги, вроде бы откровенно проамериканской организации и откровенно «иностранного агента». Хотя на самом деле он не дурак или провокатор, он просто боится оказаться в мире без противовесов. Его «чем заполнится пустота?» — это скорее испуганный вопль, а не предложение действовать правительству РФ.

Тем не менее, об утрате чувства пропорций в политической Москве говорят, хотя и с известным подмигиванием. Оно сродни подмигиванию по поводу Лугового и его якобы успешной акции в Лондоне. Луговой, конечно, никого не травил — это одна известная пропорция, но почему-то именно за то, что травил, стал депутатом Думы и получил орден (формально за развитие парламентаризма) — другая известная пропорция. Так и в нашем последнем случае: Путин, конечно, не вмешивался в американские выборы (подмигивание), но поздравления от клоуна всея Руси Жириновского почему-то принимает вполне благосклонно.

«Ну, здрасьте! — написал мне на это френд по фейсбуку. — Жириновский — лидер самого, наверное, успешного проекта КГБ — “Либерально-демократической партии России им. Жириновского”. Если он поднимает бокал шампанского за победу, это что-то да значит. К кому же ещё серьёзно относиться, как не к публичному представителю настоящей правящей «элиты»?»

Таким образом, доверять ли нам ЦРУ или прогрессивной интеллигенции вроде Сноудена — такого умного насчет угроз со стороны своего Большого Брата и такого глупого насчет угроз со стороны Большого Брата чужого. Или международного Дон-Кихота Ассанджа, невесть откуда черпающего материалы для своего WikiLeaks. Или американского Михалкова — заслуженного режиссера Оливера Стоуна с его демократическим взглядом на вещи и популяризацией того же Сноудена. Или канадско-американских блогеров, публикующихся в «Свободной прессе». Или Марии Захаровой, последовательно превращающей Обаму в Бен Ладена. Очевидно, это вопрос не столько логики и информированности, сколько мировоззрения и исторического опыта. С таким же успехом мы могли бы спросить: а стоило ли нам в свое время доверять Лиону Фейхтвангеру и его честному репортажу из Москвы 1937 года? Иными словами, спроси «Кому ты больше доверяешь?», и я скажу, кто ты.
Фото: 10.01.2017. США, Вашингтон. Уходящий с поста директора ЦРУ Джон Бреннан выступил с докладом о российской Разведывательной деятельности на слушаниях в комитете Сената США по разведке. Cliff Owen/AP/TASS


Tags: , ,

Leave a comment
ИТОГИ БЕЗ ИТОГОВ И ИТОГИ С ИТОГАМИ

АР/ТАСС

Когда я только задумывал статью про итоги 2016 года, мне сначала показалось, что это будут «итоги без итогов». Ведь мы — все те, кто когда-то связал свою судьбу с либеральным проектом — находимся все там же, в том же месте и в том же кругу проклятых вопросов. Буквально как в прошлый год, как в позапрошлый.

Эти вопросы: Крымнаш — Крымненаш. И как (главное!) ужиться в одной стране двум социальным партиям, которые позиционируются прямо противоположным образом. Путин «уйдет — не уйдет», то есть начнется ли назревшая трансформация режима и что (главное!) произойдет за дверью этой трансформации, возможно, что ничего хорошего. И конечно, проблема «национальной идентичности». Я не люблю это избитое выражение, тем более что в массе своей население совершенно не озабочивается какой-либо идентичностью, скорее озабочивается проблемой «Боярышника», но что собирается взять наша политическая элита за модельную основу своей идеологии — николаевскую империю ли, Советский союз, антизападный интернационал или особость русской цивилизации, — такой вопрос по-прежнему неразрешим. Даже явление Навального по классической схеме «бодался теленок с дубом» не только не разбавляет эту безытожность, сколько еще больше ее подчеркивает. Ибо ожидается, что игра Навального в конкуренцию с Путиным будет иметь значение лишь ряби на воде, и хотя оптимисты продолжают предсказывать за ней Большую либеральную волну, совершенно очевидно, что если она и поднимется, то за горизонтом прогнозируемых событий. А это все равно как «не поднимется совсем», то есть многие не дождутся.

Однако Россия — это не весь мир, она всего лишь плавает в бульоне, который называется «весь мир», а там, как ни странно, очень многое сдвинулось в последнее время, что, возможно, окажет и критическое воздействие на Россию. И вот тут начинаются настоящие итоги. Прежде всего они в том, что в США избран новый начальник мира — Дональд Трамп.

Признаюсь, среди моих знакомых есть как российские и американские сторонники Трампа, так и те, кто пришел от его избрания в полный ужас. Это опять же две партии, но уже разделившиеся на глобальном уровне. Так, сторонники Трампа указывают на то, что его вынесло наверх протестное (против мировой либеральной бюрократии) голосование и что Трамп будет олицетворять новый прагматичный подход, возвращение к здравому смыслу, возвращение Америки в себя, эдакую новую народность. И что все деньги, мол, тогда останутся дома, а на остальных Америке будет плевать.

В свою очередь противники Трампа сомневаются в «народности» миллиардера-застройщика и перечисляют ляпы трамповской риторики, а также обращают внимание на восторг Кремля данным исходом американских выборов. Ведь не секрет, что расистскую Россию, усматривающую теперь духовные скрепы аж в крепостном праве, чернокожий интеллигентный президент США, ну, никак не устраивал. Зато не стесняющий демонстрировать свой хамоватый эгоизм Трамп кажется своим парнем, «таким же эгоистом, как и мы», тем более что он вроде бы собирается сворачивать американскую экспансию. Так это или не так, еще, конечно, неизвестно, но пересменка в Белом доме наделала немало вреда. Ведь само по себе ожидание, что мировой жандарм может отойти от дел, уже спровоцировало панику в Европе («Америка нас кидает!») и сподвигло варваров с Востока приступить к захвату образовавшихся пустот. И Крымом это явно не ограничилось.

В исторически коротком диапазоне Россией было манифестировано военное присутствие как на дальнем Севере — в Арктике, так и там, где гораздо теплее — в Сирии. В той или иной степени Кремль вмешался (по крайней мере, представил события так, что вмешался) в процесс формирования новых элит в Америке и Европе, везде поддерживая «таких же эгоистов, как и мы». Нет нужды лишний паз упоминать, что брекзит и центробежные процессы в ЕС были объявлены кремлевскими пропагандистами прогрессивными. А санкции в ответ на захват, протесты против бомбежек, помощь беженцам с Востока, которых вытеснили из своих домов бомбежки, — деструктивными. «Идиотизмом правящего класса Европы» — сентенция от декана Третьякова. Но не потому, что в Кремле, в России, очень любят простых американцев и простых европейцев и желают им только добра, защищая их суверенность друг от друга и от потерявших кров голодных беженцев, а потому, что распад европейских институтов, развал евроатлантического альянса открывают простор для создания институтов евразийских.

Как ведь здорово: вместо США будет мировым жандармом РФ! Вместо ЕС и НАТО — какой-нибудь евроазиатский союз со штаб-квартирой в Астане. Сюда еще Иран и Турцию присоединим в перспективе закрепиться в Царьграде. Эрдоган ведь вполне наш человек, не гляди, что однажды сбил самолет, а мы ему грозили атомной бомбой. То есть своих несогласных он мочит, совсем как «наш». Дутерте с эскадронами смерти тоже якобы просится на орбиту РФ, грозя стать для Америки новым Кастро. Ближайшие цели — Германия (Меркель) и Франция, там отбоя нет от правых националистов, только бы они не передрались между собой, пытаясь протиснуться в узкую щель власти. Вредно европейскую империю восстанавливать, а российскую — сам Бог велел.

Это внешняя итоговая рамка событий очень мощная. Хотя, возможно, российская экспансия («Мы сильнее любого агрессора») всего лишь фокус умелого иллюзиониста и попытка приписать себе очки за естественное старение и деградацию западных демократий. Так обычно поступает запрещенная ИГИЛ. Однако иллюзии правят миром, и за иллюзии приходится расплачиваться. В военное величие России поверили бойцы. Одни бросились в атаку, другие затаились в окопах, ожидая всесжигающего вала огня. На прибалтийском направлении численность армии РФ превышает в два раза численность контингентов ФРГ, Польши, Швеции, Финляндии и стран Балтии вместе взятых. Количество танков — в два раза, количество БМП — в 2,5 раза, систем залпового огня — в 3 раза, боевых самолетов — в 2,5 раза. Зачем? Непонятно. Тем временем гальванический рывок России в разные стороны с истощенными ресурсами и понты уже привели к тому, что обычные россияне стали мишенью — впервые после двух десятилетий показной вполне сибаритской европейскости. Они гибнут, второсортно и невкусно едят, режим их использует как заложников. Ракеты, самолеты, вертолеты, спутники продолжают падать, как будто бы на них не действует мем «мы — самые сильные». Стреляют в посла, на свою беду символизировавшего поднимающуюся с колен империю. Сирия превращается в Афганистан позднего СССР. На самом деле Россия, может быть, и действительно сильнее любого внешнего агрессора, но его еще надо поискать, чтобы это проверить, а внутренняя жизнь России крайне слаба. Здесь нищие, спад, пьют стиральный «Боярышник» — за неимением Famous Grouse с куропаткой на этикетке, выбрасывают детей из окон, сажают в тюрьму за посты. А то и вообще — кто-то найдет канистру на свалке и тоже употребит. Одним словом, суицидальная нация.

И тут вдруг закрадывается подозрение, что, может быть, нам и не стоит ждать Большой либеральной волны и гиганта Навального, обычная рябь на воде в любой момент способна опрокинуть эту изношенную реальность. Готовьтесь.

Фото: 08.09.2016. Во время предвыборной кампании кандидата в президенты США от Республиканской партии Дональда Трампа в штате Огайо. Evan Vucci/AP/TASS

Tags:

Leave a comment
Оригинал взят у aillarionov в Взятка на 10,5 млрд. евро? Путин и Сечин подарили Трампу 19,5% акций «Роснефти»?
Доклад отдела разведки, 2016/134, 18 октября 2016, с. 30:
2. Что касается содержания разговоров, то помощник СЕЧИНа сообщил, что президент «Роснефти» настолько заинтересован в снятии западных личных и корпоративных санкций, наложенных на компанию, что он предложил помощникам ПЕЙДЖа/ТРАМПа в обмен брокеридж на 19 процентов (приватизированного) пакета акций в Роснефти. ПЕЙДЖ выразил интерес и подтвердил, что если ТРАМП будет избран президентом США, то тогда антироссийские санкции будут сняты.

Read more...Collapse )
Leave a comment

1431814521-11270540_10153040365443411_7596706949775460975_oИсторики никогда не обойдут эту сцену, настолько она классична, архетипична и соответствует всякий раз воспроизводимому мифу. Это миф о Тиране и поэте; о Тиране и народе; о Тиране и мудреце. Говоря философски, о власти силы и власти ума.

Корни этого мифа показал булгаковский апокриф о Пилате и Иешуа. Исторический анекдот о Нероне и рабе (хотя на самом деле там был не раб, а секретарь, советник по прошениям Эпафродит). Школьный стих о Ленине и печнике. Диссидентские пересуды о телефонном разговоре Сталина и Пастернака. Мемуары и газетные вырезки о встрече Хрущева с писателями. Наконец, только что появившийся репортаж о диалоге президента Путина и режиссера Сокурова. В нашем сегодняшнем существовании этот кейс стоит всех предыдущих.

Но миф никогда не калькирует себя. Пилат меланхоличен и беседует со странствующим гуманистом как бы нехотя. У него болит голова, он заложник своего политического статуса, кресла. Точно такой же заложник исторических обстоятельств Нерон. Не гуманист, он убеждается в гибельности своего пути, но вынужден доигрывать роль самодура. Заложник идеи Ленин — на подъеме, а его контрагент как раз не в курсе, чем кончится их трудовой и общественный альянс в большой истории. Привычный мир печника благодаря Ленину скоро рухнет, но Ленин перед смертью задумается об исторической правде свободного печника. Надо заметить, того печника, которого он извел во многом своими руками.

Сталин — вещь в себе, глыба мрамора или бетона, неподконтрольная этике сила, порожденная катастрофой. Командор, протягивающий руку Поэту. В результате Поэт будет унижен и растоптан, утащен в Ад. «1:0» в пользу Сталина! — воскликнем мы, ведь с таким счетом закончится их разговор по телефону в 1934 году. Хрущев, наоборот, будет топать ногами, изображая Нерона; но на самом деле искать опору в «мудрецах», которую не найдет, потому что всех растоптали уже до него. Со всех сторон мы опять подходим к Путину и Сокурову…

Во всех названных случаях общее то, что тираны кажутся сами себе и своим современникам безусловными владельцами истины. Во всяком случае, ее безусловными распорядителями. А «мудрецы» не до конца уверены в том, что они чем-то владеют, легко сбиваются с толка. Но потомки постфактум отдают предпочтение мудрецам, а тиранов почитают за нерадивых школьников в школе Истории. Пусть грезился современникам особый надмирный характер тиранической власти, значение которой недоступно простому смертному наблюдателю, хотя этот наблюдатель — всего лишь человек своего времени.

Персонаж повести Алданова «Святая Елена, маленький остров» случайно встречает Наполеона, рассеянно бросающего камешки в воду. И в ужасе убегает, поскольку сразу же ощущает несоизмеримость масштаба задач своих и задач Владыки полумира.

«Александр Антонович постоял с минуту в оцепенении, затем на цыпочках бросился назад. Он почти бежал, не говоря ни одного слова. “Какой вздор!.. Какой жалкий вздор были эти мечты: карьера, заговор, Пестель, Нессельроде!.. Этот человек, кидающий камешки в воду, был владыкой мира… Все пусто, все ложь, все обман…”»

Те же чувства у мелкого заневского чиновника по имени Евгений, который даже не встречается лично с персоной неограниченной власти, а имеет дело лишь с ее монументальным изображением, бронзовой куклой, тем не менее, ощущает себя ничтожной жертвой ее гибельного Проекта, который и должен утвердить трансцендентный смысл. И вот мы снова приблизились к Путину и Сокурову…

Вроде тут все просто и все знакомо, и опыт нам подсказывает, как препарировать сюжет. Действительно, есть «мудрец» — режиссер Сокуров. И есть «тиран» — владыка полумира Путин. Режиссер самолично встречается с персоной власти, и мизансцена находит себе место на заседании Совета по культуре и искусству. Там происходит совещание Начальника всей страны и деятелей кинематографа, почти как в кейсе «Хрущев и писатели».

Во время оного совещания Мудрец молит за своего проштрафившегося коллегу: «Умоляю вас, найдите решение этой проблемы». А коллега, надо попутно сказать, не нашел ничего лучше, как поджечь деревянное крыльцо партии власти — «Единой России». За это он получил 20 лет лагерей — сразу скажем, чудовищно много. Тиран же сбивает Мудреца на разговор о… «Фаусте», то есть о фильме мудреца. (Сначала Фауст продал душу дьяволу, но посвятил свою жизнь улучшению жизни подданных императора, за что был прощен.)

Для непосвященных сцена получается странная, как в абсурдном скетче. Один молит о гибнущем коллеге («Евгении»), другой корит художника «Фаустом». Некоторое время они говорят асинхронно. Один — о том, что не по-христиански закатывать на двадцать лет лагерей молодого человека всего лишь за неосуществленное намерение (взорвать памятник Ленину), а другой — чего ж вы «Фауста» на русский язык не перевели, когда мы вам на это денег дали?

То, что разговор идет не по телефону приватно, как у Сталина – Пастернака, а публично в прямом эфире, ничего для О. Мандельштама – О. Сенцова (несчастный молодой человек) не меняет по существу. Это все тот же спор неограниченной власти и угнетенного духа. Хотя кончается вроде бы много лучше, чем в 1934 году. Владыка полумира благодарит Мудреца, что тот ему напомнил о какой-то козявке, и обещает иметь в виду, не расшифровывая это выражение. Однако, как и в 30-х, коллега Мудреца продолжает сидеть.

Лучше всего этот эпизод опишет потом поэт Дмитрий Быков.

Вообще-то в прозе наш Быков, скорее, сибарит, иногда легковесен и непринципиален. Но в стихах он обычно очень точен и четко выводит читателя на главную тему. В данном случае, на тему христианского милосердия.

Эту сцену Быков ведет от «мольбы». Мольба — главный ключ к его стихотворению.

«На такие мольбы / Отвечают обычно обсценностями, / Но владея собой, / Многолетней борьбой умудрен, / — Но не можем же мы / РУКОВОДСТВОВАТЬСЯ ХРИСТИАНСКИМИ ЦЕННОСТЯМИ! / Есть решенье суда, — / Отчеканил анапестом он».

При этом мы прекрасно понимаем, что если бы в реальной жизни Мудрец попробовал настоять, то, скорее всего, получил бы от Тирана «афронт», как Иешуа, Пастернак, скульптор Эрнст Неизвестный. Но умоляя, он загонял Тирана в ловушку. Отбиться Тиран мог только этикой более высшего, чем христианские ценности, порядка.

Что за «этика высшего порядка»? Что за ерунда? Неужели таковая существует? Существует, — уверен спикер официозного телевидения Дмитрий Киселев.

Смысл его телевизионной проповеди в том, что Руководитель империи надмирен и неподсуден обычному суду. Он думает о миллионах, миллиардах людей, часть которых, не раскисая, имеет право послать даже на смерть, чтоб защитить некое Благо, в том числе и ради неразумного гуманиста — Мудреца.

«Режиссер Сокуров на работе имеет дело с художественными образами, а работа президента Путина — это принятие трудных решений, когда больно будет какой-то стороне в любом случае и надо выбрать, какой и в какой степени…»

Безусловно, это ницшеанство. Такое же, как у Кнута Гамсуна в позапрошлом веке:

«— Да пусть Уле Нурдистуэн (арестованный Сенцов) провалится в тартарары!.. — кричу я (Дмитрий Киселев). — Уле Нурдистуэну нечего делать в этом мире, его удел — бессмысленно слоняться до тех пор, пока его не хватит кондрашка. А значит, чем скорее он даст дуба, тем лучше. Уле Нурдистуэн существует только для того, чтобы удобрять собой землю, это тот солдат, по которому проскакал на своем коне Наполеон. Вот кто такой Уле Нурдистуэн, да будет вам известно! Уле Нурдистуэн, черт меня подери, даже не начало, а уж тем более не итог, чего бы это ни было, он даже не запятая в книге жизни, а мушиное пятно на бумаге!.. Вот что такое Уле Нурдистуэн!..» (Кнут Гамсун. Мистерии. 1892 г.)

Снова Сенцов — мушиное пятно. Снова Путин — надмирная сила. Снова Сокуров — мудрец, но действующий в парадигме устаревающей и вот уже списанной в утиль этики. Противопоставить новому ницшеанству нечего. Мы, современники, сегодня с победой всяких «трампов» оказываемся беззащитны перед идеей сверхсущества, которому позволено все.

Впрочем, современники Нерона не судили тирана столь строго, как потомки. И совсем не выглядели столь изумленными преступлениями своего правителя, как поколения, пришедшие им на смену, — замечает исследователь Нерона Эжен Сизек.

А поезд Истории неумолимо нас тянет вперед, и в окна вагонов уже заглядывают новые поколения. За ними все равно решающая оценка.

http://gefter.ru/archive/20355
http://mayday.rocks/?p=27162

Tags: , ,

Leave a comment
Оригинал взят у aloban75 в Реформа 1861 года была де-факто ограблением крестьян. Сравнение с отменой рабства в США
Оригинал взят у arctus в "Реформа 1861 года была де-факто ограблением крестьян". Сравнение с отменой рабства в США

Дмитрий Анатольевич Медведев на праздновании 150- летия Крестьянской реформы заявил следующее: «Александр II как великий реформатор знал, что Россия должна встать в один ряд с другими европейскими государствами. Он понимал, что свобода ей нужна, что свобода России кровно необходима… И крепостное рабство в нашей стране было ликвидировано — кстати, раньше, чем во многих других странах, включая те же самые Соединённые Штаты Америки».
Независимый аналитик, экономист, публицист
Александр Айвазов сравнил эти два феномена – отмену крепостничества в России и рабства в США. Итак,

КОГДА И ПОЧЕМУ РОССИЯ ОТСТАЛА ОТ АМЕРИКИ?



Read more...Collapse )



Tags: ,

1 comment or Leave a comment

уж не эффект ли это «укуса Путина»?..



СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ:

СТРАДАНИЯ ПО ЦЕНЗУРЕ

ТАСС

О цензуре в России бытуют три распространённых суждения.

Первое: некоторая цензура нам все-таки не помешает. Например, этическая. Чтобы были четко очерчены этические границы творчества. Да и вообще в советское время цензура хоть и была, но она не мешала тому, чтобы создавались великие произведения, скорее этому способствовала, держа творца в тонусе. А в антисоветское время ее вот нет и творцы выдают пшик. Поэтому, чтобы не было пшика, творцов надо немножко поприжать.

Второе: в современной России цензуры нет и никогда не было, в смысле, после 1991 года. Поскольку она не конституционна, а мы чтим Конституцию. Поэтому свобода слова у нас абсолютная, каковой нигде и никогда в мире не наблюдалось. А все разговоры о цензуре, которая якобы где-то действует, суть спекуляции алчущих дешевой популярности.

И наконец, третье суждение. Цензура есть, но не у нас, а у наших заклятых западных друзей, с чем, конечно, мириться никак нельзя. Так, недавно они приняли оскорбительную резолюцию — «поганую бумажку», как сказала о ней Мария Захарова, — практически приравнивающую деятельность авторитетных российских государственных СМИ к пропаганде ИГИЛ. И постановили противодействовать. Но, с другой стороны, разве ж это не является свидетельством того, что наши славные российские СМИ объективно освещают своим прожектором постперестройки темные уголки международных дел? В связи с чем президент России нашел время поблагодарить журналистов телеканала RT и агентства Sputnik за большую и результативную работу. Действительно, добиться того, чтобы вас приравняли к ИГИЛ, которого никакими силами не удаётся разбомбить, это, конечно, великолепный результат и огромный КПД.

Логика социальных систем, тем более такого типа, как российская, обычно склоняется к тому, чтобы все разнородные суждения свести к одному, интегрированному. Если не сказать, к национальной идее. Поэтому вряд ли кто особенно удивится, если политическая цензура в РФ вскоре будет считаться абсолютной свободой, а свобода (естественно, не в России, а за рубежом) — цензурой и покушением на свободу. Причем жить в этой оптике пропагандистам из государственных СМИ будет легко и приятно. Что касается идеологических картинок, печатаемых на главном кремлевском принтере, то в классификаторе они пройдут по статье «убеждения», которые, как где-то заметила Маргарита Симоньян, отстаивают ее работники, не жалея живота своего.

Однако проблема в толковании сей образовавшей коллизии, несомненно, останется. И прежде всего она в определениях, терминологии. Может ли считаться пропагандой то, что и изначально не должно никого ни в чем распропагандировать, а скорее должно вызвать рвотный эффект, причем наибольший именно у иностранной аудитории? Нет, и, очевидно, это должно называться как-то иначе. Например, как деятельность по производству рвотных средств, доставка их неопределенному числу адресатов, распыление специальными службами на мониторируемых пространствах…

Признаем также, что рвотные средства в определенных ситуациях важны и оказывают благотворный терапевтический эффект, особенно когда потребитель объелся какой-нибудь политической гадостью или исторической правдой, а результативное рвотное — то, которое вызывает быструю и обильную рвоту, то есть иронию и облегчение.

Можно ли считать, что изготовление вышеупомянутых рвотных средств происходит «по убеждению»? Странный вопрос. Как водитель трамвая не водит по убеждению свой трамвай, так и работники рвотных фабрик трудятся исключительно за зарплату и нисколько этого не стесняются и не скрывают. В парадигме же «кредо, совести, взглядов» они, скорее, похожи на добровольно изнасилованных, которые расслабились и получают удовольствие. А некоторые, как популярные ведущие российского ТВ, так и удовольствие получили, и дачки построили, и содержат большие семьи. Ведь нельзя же всерьез думать, что человек может годами «по убеждению» писать и вещать про то, что «Крым вернулся в родную гавань», когда всем от мала до велика известно, что тектоническое движение материков происходит от силы несколько сантиметров в год, и скорее уж тогда «родная гавань» приплыла в вышеупомянутый Крым и мутит там воду.

Примерам таких нечеловеческих иррациональных «убежденностей» нет числа. Последние «убежденности» (для внутреннего использования) демонстрировали скорбь по искреннему другу Советского Союза (предоставившего площадки для ядерных ракет и тем самым чуть Советский Союз не угробив вместе со всей остальной цивилизацией) и объективное отношение к работникам НКВД, «действия которых по реальному обеспечению интересов страны были в той ситуации совершенно оправданы» и среди которых, как водится, «было немало честных людей».

«И, кстати говоря, протоколы этих допросов полностью выдерживают источниковедческую критику: всё, что там говорится, — правда. Показания из людей никто не выбивал», — как ничтоже сумняшеся высказались в эти дни в «Аргументах и фактах». При том что оставлять зависшими такие сентенции вполне в духе наступившей в России эпохи. Спасибо деду-вертухаю за победу!

Другое дело — как реагировать на все это? Как реагировать не совсем потерявшим голову в России и как реагировать обычному западному человеку?

Иными словами, не преувеличена ли реакция западных парламентариев, пытающихся как-то механически ограничить наступление российской постправды на Запад? Возникли даже опасения, уж не эффект ли это «укуса Путина», поскольку обычно так реагировал как раз обижающийся «русский мир», то ищущий под каждым кустом иностранных агентов, то всех поднимающий на борьбу с пятой колонной. А если и Запад начнет заниматься тем же самым, цензурой, ограничениями, то сотрутся границы… но совсем не так, как мы бы рассчитывали.

Ведь в каком-то смысле защиту от Путина по-путински можно считать и победой Путина, и утверждением в мире путинской нормы. Однако это опасение было бы, конечно, более обоснованно, если бы мы действительно имели дело со СМИ, журналистами и их убеждениями, пусть даже и несколько завиральными. Но речь идет исключительно о продукции фабрики рвотного, на строго дозированном распространении которой мы (да и западные парламентарии тоже), конечно, имеем полное право настаивать.

Фото Евгений Курсков/ТАСС


Tags: ,

Leave a comment


Сергей Митрофанов спорит с Виктором Милитаревым по поводу национального позора

l-161315
Егор Гайдар выступает на VII съезде народных депутатов Российской Федерации, 1992 год (Фото: Веленгурин Владимир/ТАСС)

Увы, опять не могу согласиться с коллегой Милитаревым. То, что Виктор — человек другой философии, других убеждений, отличных от моих, и другой идеологической спекуляции, — в этом нет никакого открытия, и само по себя это никак не могло бы стать поводом для ответной колонки. Допустим, он так считает, а я считаю иначе. О’кей! Ничего страшного! Он напишет в своем идеологически близком издании, я напишу в идеологически близком издании себе. Так и поговорим. Но мне всегда обидно за читателей, которые всегда идут немножко дальше авторов и немножко более возбудимы, азартны.

Автор только вежливо высказывает позицию, а читатель уже готов усадьбы жечь или, по крайней мере, обзываться, хамить, нагромождать горы клеветы. Так происходит умножение лжи, да и за покойников обидно, они этого не заслужили. Поэтому я наступаю на горло собственной песне и пишу своим противникам на их же собственной идеологической площадке с единственной целью зародить желание в чем-то разобраться более досконально, чем «немедленно поставить к стенке».

Прежде всего, я должен сразу же отметить, что в «гайдаровское время» я был, скорее, оппонентом Гайдара. И вот по какой причине. Стилистика реформ Гайдара имела совершенно четкую привязку к Столыпину, который в это время не случайно стал культовой фигурой. Дело в том, что и Столыпин, и Гайдар были теми реформаторами, которые на время от Верховного лица получили «комнату с кнопками». Столыпин — от царя Николая II, Гайдар — от «царя Бориса», бывшего коммунистического аппаратчика.

И ситуация складывалась таким образом, что вот ты получил комнату с двадцатью кнопками, а надо было успеть выбрать и нажать десять, а десять других тебе бы все равно нажать не дали противники. Гайдар сознательно выбрал исключительно кнопки «рыночных реформ», за что мы его тогда все и упрекали, считая, что Гайдар, таким образом, упускал демократические политические преобразования, давал возможность сосредоточиться силам политической архаики, неосталинистам, реваншистам, силовикам.

Однако со временем мы убедились, что, как и Столыпину, Гайдару все равно не удалось бы совершить поворот от авторитарного правления к демократическому. Хотя бы в силу полного отсутствия демократического субъекта. Вот же черт! Ну, нет в российском обществе массового понимания необходимости политических свобод и прав человека, хоть ты тресни, мы в этом убеждаемся каждый день. Столыпин строил авторитарный капитализм, не зная другого. А Гайдар намеревался в отведенное ему Ельциным время разрушить основы советского авторитаризма с тем расчетом, чтобы молодые субъекты рынка в конце концов потребовали бы для себя либерального политического оформления.

И, как ни печально это констатировать, но только демонтаж советских основ экономики гарантировал относительный либерализм девяностых — с газетой «Коммерсантъ» и полной свободой искусств. А вот после нулевых, когда все «наладилось», авторитаризм вернулся в Россию во всей красе, и вчерашние либералы потянулись в эмиграцию.

Но есть такая распространенная мифологема, и Милитарев ее активный проводник, что, может быть, рыночные реформы и вообще-то были не обязательны.

Он пишет: «То есть здесь предполагается, насколько я понял, что России по жизненным показаниям было необходимо введение рыночной экономики, и что заслуга Гайдара в этом введении во многом перевешивает, или, по крайней мере, умаляет его ошибки. Вот с этим тезисом я точно не могу согласиться. Прежде всего, не вижу никаких таких „жизненных показаний“. Советская система плановой экономики имела кучу недостатков, но действовала она вполне отлаженно (выделено мной. — С.М.). И, честно говоря, вплоть до „каскада госпереворотов“ 1991 года, я, несмотря на все вопли „демократов“ о „чудовищной неэффективности плановой экономики“, так этой самой „чудовищной неэффективности“ и не заметил».

Прошу прощения за столь длинную цитату, но опять же, он «не заметил», а я «заметил», и это проявление субъективности. Однако есть вещи объективные, о которых Милитарев либо умалчивает, либо не имеет представления, как и многие другие критики гайдаровского периода. Они в сухих цифрах. Накануне своего коллапса советская экономика демонстрировала многократный прирост неудовлетворенного денежного спроса. Это зафиксировано. Иными словами, бумажки у населения были — в сберкассах, а девать их было некуда, и любой администратор — что гайдаровец, что антигайдаровец и даже ярый милитаревец — обязательно должен был найти способ их безвозмездно изъять к революционному неудовольствию населения.

Второе — отрицательное торговое сальдо. Есть миф, что советская экономика была якобы совершенно автономна и могла действовать хоть в полной изоляции. Так это тоже далеко не так. Почти все, что необходимо населению, от бананов до бытовой техники, закупалось за продажу природных ресурсов, даже пресловутый ВПК, который мыслился локомотивом советской экономики, не мог действовать без импортной комплектации. И ситуация позднего СССР — с действующими заводами и всеобщей занятостью — почти ничем не отличалась от ситуации девяностых прошлого столетия, когда заводы встали, рабочих рассчитали и когда произошел вышеупомянутый коллапс. Сам Гайдар описывал этот «парадокс» в следующей сентенции: «В общем к 1985 году, который можно считать „пиком“ стабильного социализма, мы уже обогнали США по производству удобрений в 1,5 раза, тракторов — в 5, зерноуборочных комбайнов — в 16 раз, а зависимость от импорта американского зерна продолжала возрастать». («Государство и эволюция»). То есть продукцию этих якобы отлаженно действующих заводов все равно невозможно было никому продать.

И, наконец, третий фактор — банковский долг. Внешний долг СССР был столь же критичен, как и долг по пирамиде ГКО при Ельцине и долги корпораций западным банкам в нулевых при Путине. СССР находился накануне дефолта, и с этим тоже надо было что-то делать. Либо уходить в глухую самоизоляцию, либо все-таки изыскивать способ интеграции с западными странами на их условиях.

Однако Гайдар очевидно был неправ, когда считал, что выходом из этой ситуации могли быть только быстрые рыночные преобразования, так что товарищи Милитарева вполне имеют право его поправить. Политическая история наглядно показала, что и архаичные (нерыночные) общества со всеобщей занятостью и с разрешённой властями номенклатурой потребностей вполне могут себе стабильно существовать долгое время в парадигме административно-командной системы. Ведь мы же говорим о том, что ее надо было сохранить, не правда ли?

Действительно, есть Северная Корея, где население несколько уныло, немножко голодно, немножко затюкано, но вполне себе довольно (во всяком случае, так оно заявляет иностранным корреспондентам) и не хочет перемен, а атомная бомба защищает ее от внешнего врага. Бог его знает, сколько так еще можно существовать. Почему бы не устроить и у себя точно такую же Северную Корею?

Или Китай — добившийся удивительного симбиоза военной партократии и капитализма. Просто мечта! Нам бы такое, чтобы айфонов было как в Китае, а на партийных небожителей никто не покушался. Однако тот, кто хочет для России китайского пути, должен себе уяснить, что для этого либо нужны китайцы, либо надо было Китаю отдать Сибирь и поступиться суверенитетом. Китайский же путь с погрязшими в деменции советскими вождями — от Брежнева до Черненко — был совершенно невозможен. Консервация же режима на уровне советской власти и советского способа производства означала бы только одно: что одновременно с этим надо законсервировать и его хроническую неконституционность, советскую невыборную бюрократию, постоянно перерождающуюся в олигархию, марксистко-ленинскую идеологию, в которую к этому времени никто не верил, цензуру, неправовое (по телефонному праву) правосудие…

Я не говорю, что это невозможно, это очень даже возможно! И реваншизм реакционных сил в России это доказывает. Кто-то от этого будет в полном и искреннем восторге. Для кого-то сбудутся все мечты! Просто есть некоторые сомнения, что с такой консервацией можно выиграть историческую конкуренцию и вообще сохранить государство. И что образованные люди не пойдут с чемоданами на выход.


Tags: , ,

Leave a comment
Публицист Сергей Митрофанов — о том, к чему в обществе может привести публикация данных 40 тысяч сотрудников НКВД.

Культурно-просветительский и правозащитный центр "Мемориал" открыл на своём сайте доступ к базе данных 40 тысяч сотрудников НКВД в годы Большого террора. После чего сайт тут же "лёг", и все страшно по этому поводу возбудились: не началась так долго обещаемая разными осторожными людьми вендетта?

Не пошли ли внуки репрессированных рубить а-ля Раскольников головы старикам и старушкам из НКВД, а ещё хуже их внукам и внучкам? Или, наоборот, внуки и внучки палачей из НКВД превентивно опрокинули сайт, чтобы не допустить мобилизацию первых внуков?

На самом деле для таких опасений нет никаких оснований, хотя причиной того, что сайт "Мемориала" тут же "лёг", могла быть и деятельность хакеров, которые не любят "Мемориал" сам по себе. За название, за общественно-политическую позицию, за то, что "иностранный агент" и "пятая колонна". И только и ждут повода, чтобы пойти в атаку.

Но к внукам репрессированных и внукам палачей это вряд ли имеет какое-либо отношение. Восприняв некоторую атрибутику прошлого, современный социальный конфликт уже подпитывается совершенно новыми основаниями. Сегодня патриоты ненавидят либералов не потому, что патриоты из НКВД, а либералы из репрессированных. Воспринять близко к сердцу, чтобы взяться за топоры, обиду и вину за 1937 год уже трудновато.

Тем не менее история этого вопроса, безусловно, уходит в далёкий 1991 год, когда в стране сменился режим, коммунистическая партия была повержена в прах, а общество было на грани того, чтобы открыть все архивы. Осторожные, однако, дули на молоко, а расчётливые опасались, что пятна на биографии преступлений предков подпортят карьеры при новом режиме.

И архивы, в общем-то, не открыли до конца. Поэтому так и не выяснилось, сколько людей погибло в Большом терроре и кто конкретно в нём был виноват, кроме нескольких членов сталинского Политбюро. История этого периода продолжает подаваться "в общем", что морально давило и давит как на честных историков, так и на членов семей реально пострадавших на этом значительном и трагичном отрезке истории советской власти.

Сегодня происходит новый виток познания этого материала, хотя обнародование "Мемориалом" 40 000 биографий работников НКВД, безусловно, не закрывает этот вопрос и даже не приближает к его окончательному закрытию.

В Большом терроре были задействованы сотни тысяч человек (если не миллионы если считать и добровольных пособников), а биографии внуков намертво переплелись.

Пришлось бы поимённо перечислять почти всё население, замечает мой коллега, журналист Игорь Зотов.

А известный художник Дмитрий Врубель иронически размышляет: один его дед сидел по 58-й статье, а другой работал в НКВД; перед кем и за что он, Дмитрий, должен теперь извиняться, кому и за что мстить? Сам себе?

Однако "эксперимент" с исторический правдой уже принёс неожиданный положительный результат. Выпускник философского факультета Томского университета Денис Карагодин выяснил причастных к расстрелу его прадеда крестьянина Степана Карагодина, а внучка замешанного в этом чекиста Николая Зырянова выразила горечь сожаления.

Я бы не назвал это извинением ей извиняться не за что. Важнее, что внуки оказались по одну сторону нравственных баррикад.

А вот по другую… Молодые хакеры, что обвалили сайт "Мемориала".
https://life.ru/t/%D0%BC%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F/936954/arkhivnaia_pravda_o_proshlom_--_povod_dlia_konflikta_ili_dlia_primirieniia


Потомки чекистов просят Путина закрыть доступ к базе "Мемориала"

время публикации: 27 ноября 2016 г., 19:15 | последнее обновление: 27 ноября 2016 г., 19:17
Потомки чекистов, работавших в годы "Большого террора" просят закрыть доступ к базе данных правозащитного общества "Мемориала", которое обнародовало сведения о 40 тысячах сотрудниках НКВД, получивших специальные звания системы госбезопасности
В "Мемориале" заявляли, что два события случайно совпали по времени, а базу собирали около 15 лет

Потомки чекистов, работавших в годы "Большого террора" просят закрыть доступ к базе данных правозащитного общества "Мемориала", которое обнародовало сведения о 40 тысячах сотрудниках НКВД, получивших специальные звания системы госбезопасности.

"Комсомольская правда" утверждает, что потомки сотрудников НКВД и "единицы тех, кто оказался в списке и до сих пор жив" в открытом письме президенту Владимиру Путину требуют закрыть доступ. Прямых цитат из письма не приводится, но газета утверждает, что подписантами "движет страх, ведь дети, внуки и правнуки могут мстить за репрессированных предков".

Сведения о десятках тысяч сотрудников советской госбезопасности появились на сайте организации на фоне расследования жителя Томска Дениса Карагодина, прадед которого был репрессирован и расстрелян. В "Мемориале" заявляли, что два события случайно совпали по времени, а базу собирали около 15 лет.

Денис Карагодин вскоре после завершения своего расследования и установления имен палачей прадеда сообщил, что с ним связалась внучка офицера НКВД, который участвовал в расстреле Степана Карагодина. Внучка Николая Зырянова узнала о его деятельности из результатов расследования Карагодина и попросила у него прощения. Денис в ответ поблагодарил ее за искренность и мужественность и предложил "обнулить всю ситуацию", назвав это "актом гражданского согласия и примирения".

Tags: ,

Leave a comment
Оригинал взят у aillarionov в Жертвы кубинского мясника, 1959-2005
Расстрел Корнелио Рохаса 7 января 1959 г.

https://www.youtube.com/watch?v=2jdLk-Isjcs

Read more...Collapse )

Tags: ,

Leave a comment

НЕМОЛЧАЩЕЕ БОЛЬШИНСТВО

31 ОКТЯБРЯ 2016 Г. СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ

Нажмите на картинку, для того, чтобы закрыть ее

В теме «Райкин против Хирурга и Кадырова» либеральные публицисты описали почти все правильно, что добавить практически нечего. При этом ни у кого, конечно, не осталось сомнения, что нынешнюю революционность Кости Райкина вызвало механическое (в результате торможения российской экономики) сокращение общественного пирога, на кусок которого претендовали деятели искусства. И ни у кого, конечно, не осталось сомнения, что его резкие слова о цензуре выражали консолидированное недовольство интеллигенции тем, что власть путинской политической корпорации опирается на новых хунвейбинов и красных кхмеров (ряженых казаков, патриотов от сохи и квазиправославных), чтобы регулировать политические процессы внутри творческой среды. Тогда как «творческая интеллигенция», как ей всегда казалось, соблюдала свою часть контракта – лишний раз не высовывалась, про Крым почти не говорила, иногда даже соглашалась позировать в качестве доверенного лица Несменяемого. А то, что иногда что-то себе позволяла в своем узком кругу, так на некоторую фронду имела право, как она считала, даже при советской власти. Искусство ведь оно вообще слегка политично, поскольку, отражая все на свете, бывает, что отражает так же и власть. Синдром, так сказать, шута.

Но все хорошее когда-нибудь кончается, и контракт нарушала именно «корпорация», это надо нам четко понимать. Когда Костя Райкин заговорил о цензуре, о том, что кураторы, а иными словами, представители государственных (государевых) денег, ведут себя с «творцами» по-хамски и стараются финансировать лишь идеологически выверенный продукт, и что тупые «общественники» там и сям спускаются с поводка (ключевое слово «спускаются»), чтобы «лопатами и вилами выправить дефект» не по своей прямой профессии (однако не лезут же они в реактор, там и убить может), он опять же не покушался на основы режима, а выражал впечатление, доступное многим. Оттого-то, слушая Райкина, некоторые дамы не смогли сдержать слез, ведь в устах артиста общее место приобрело значение яркого перформанса, за что мы артистов и любим.

Диспозиция таким образом, сложилась предельно ясно. С одной стороны, заслуженный артист, какие бы у него ни были недостатки, а с другой подозрительный мотоциклист (ангел бури, по выражению Проханова), региональный царек, про которого рассказывали, что он кому-то голову самолично отпилил бензопилой, вертухаи всех мастей (или потомки вертухаев), сексоты и мракобесы. Считать это спором «о нравственности в искусстве» можно только в очень большом помутнении ума. При этом Райкин и иже с ним, очевидно были неправы, когда все прошлое десятилетие старательно занимали конформистские позиции и думали, что их гроза пронесет, а деградация общества не заденет. И, очевидно, правы сегодня, когда зафиксировали растущие противоречия творческого цеха с базовыми установками режима, возвращающего нас «эту мерзкую книжку читать».

Но есть еще один участник спора, про которого все забывают. И он поистине ужасен. Это большинство.

Обычно про большинство говорят, что оно безмолвствующее. Однако в нашем случае оно отнюдь не безмолвствует. Поразительно, с какой скоростью оно превратило Костю Райкина, от которого все эти шестнадцать лет практически ничего не было слышно «плохого», в ненавистного Макаревича. Почему? Да и что им Гекуба, то есть Райкин или Макаревич?

Я думаю, здесь сыграла извечная ненависть русского охлоса к своей элите. Тем более к достаточно беззащитной элите, с которой путинские комиссары сняли печать неприкосновенности. На самом деле, режим предпринял «гениальную», хотя и несколько повторяющуюся в русской и иностранной истории штуку – он определил идеологические островки и круг вопросов, в котором позволил рулить неравнодушной общественности и погонять там ожиревших элитократов. Точно так же как большевики после октябрьского переворота позволили студентам ставить оценки своим профессорам, а китайским хунвейбинам сублимировать свою социальную неполноценность в культурной революции.

И точно так же как на международной арене режим пытается представить дело так, будто бы Путин возглавил мировой антиглобалисткий поход (куда? зачем? Бог весть), на внутренней арене «хирурги» и прочие православные казаки пытаются представить дело так, будто бы они получили карт-бланш на поход за общественную нравственность против либерализма. Но хуже всего, что этот мифический «поход» оказался сопряжен с оживлением бацилл всего самого отвратительного, что есть в так называемом русском народе. Надеюсь все-таки, что не во всем народе, а в некой его подделке. А именно, ксенофобии (этот «народ» тут же посоветовал райкиным заткнуться и отправиться в Биробиджан). Отвращения к хорошему образованию, образованным людям и «чистому» труду («либералы, мать их, геи и педофилы!»). Представления искусства и культуры как неких содержанок (военного комплекса и сырьевых раньте, не иначе). А заодно потребовал себе и всем остальным строгих рамок, то есть отменить ненавистную свободу. «Владимир Владимирович, верните нам крепостное право!»

Особо доставляет дискурс о праве налогоплательщиков хамить другим налогоплательщикам. Так, про «простое возмущение граждан тому, что на их налоги на государственных площадках систематически демонстрируются грязные акты педофилии и оскверняются религиозные святыни», в частности пишет налогоплательщик Энтео, уж не знаю, какие материальные блага он создает и где. Но этот дискурс не чужд и либералам, что уж совсем странно, поскольку должны же они понимать, что в стране, живущей в основном на сырьевую ренту и продажу оружия, главный распорядитель и есть неявный владелец активов. По-видимому, он так же является и единственным значимым налогоплательщиком, что никак не перебьешь в текущих обстоятельствах. Следовательно, защита демократии с этих позиций выглядит достаточно абсурдной.

И все это, безусловно, часть крымской трагедии, которая заключалась не только в том, что рассыпалось братство народов, а так же и в том, что аннексия чужого пробудила в российском охлосе демонстративное презрение к этическим табу. Несомненно, он воспринял это как глобальную санкцию унижать все интеллигентное и топтаться на всем передовом. Иногда это еще называют восстанием архаики против недостижимого (в том числе и интеллектуально) модерна. При этом патриотическая архаика, безусловно, не может быть так уж близка путинской корпорации, все равно стоящей одной ногой на ненавистном Западе. И Мединскому с Райкиным легче помириться, чем участвовать в плясках Энтео с Залдостановым. Однако варвары, тем не менее, сокрушили Рим, наплевав на логику прогресса, и не факт, что разбуженную с корыстными целями стихию теперь удастся загнать обратно.

Фото: Павел Смертин/ТАСС

Tags: , ,

Leave a comment